Л. Абышева, рецензия на спектакль «Русалочка»

рецензия на спектакль

Екатеринбургского Театра Юного Зрителя «Русалочка»

Абышева Лидия

 

Морские души – души разные…

 

В море соли и так до черта,

Морю не надо слез.

А. Вознесенский

Нет сказок лучше тех, которые создает сама жизнь.

Г. Х. Андерсен

 

Как часто мы обращаемся к сказкам? С каждым годом все меньше – взрослые все-таки, серьезные люди, некогда, да вроде бы и незачем. И в театрах, за которыми закреплено звание «детских»,  взрослых увидишь редко – чаще это учителя со школьными коллективами, иногда – родители с крохами. И теплым мартовским днем в ТЮЗе Екатеринбурга также не наблюдалось аншлага «серьезного» зрителя, хотя спектакль был совсем не детский.

«Русалочка» — пластическая притча по одноименной сказке Ганса Христиана Андерсена в постановке Романа Феодори – казалось бы, очередная поучительная работа с привычным счастливым концом. Но не тут-то было – «Русалочка» представлена в изначальном варианте датского писателя и при «сказочной» наружности имеет глубокий философский смысл.

Зал постепенно наполняется детьми. Они почему-то не замечают жутких звуков шторма, тяжелый синий занавес, полуприглушенный свет. Третий звонок. Небесное полотно поднимается, играет джаз, на сцене шестеро музыкантов и – о чудо! – они будто находятся на дне. Волосы тянутся вверх, летают пузырьки, движения замедленные…

Подводный секстет сменяется белолицей троицей, это – дети воздуха. «В открытом море вода совсем синяя, как лепестки хорошеньких васильков <…> Ни один якорь не достанет до дна: на дно моря пришлось бы поставить одну на другую много-много колоколен, чтобы они могли высунуться из воды. На самом дне живут русалки», — рефреном следуют эти фразы, рассказанные детьми воздуха, а ТЮЗ тем временем демонстрирует чудеса сценографии – на сцене разворачиваются удивительные картины морского царства. Его жители «плывут» в воздухе, повсюду появляются ракушки, водоросли, рыбки… Морской Царь, старуха-мать, милый садик  Русалочки, ее старшие сестры. А вот и сама виновница торжества – прекрасная  Русалочка (в исполнении Марии Викулиной) с переливающимся перламутровым хвостом, она тоже «плывет» по воздуху. День пятнадцатилетия! Это значит, что ей позволено выплыть на поверхность и увидеть мир людей своими глазами.

Мечта сбылась.  Но она, как и беда, не приходит одна – героиня спасает тонущего принца и отчаянно в него влюбляется. Принц (Сергей Молочков) не видит юную красавицу, и расстроенная Русалочка возвращается на дно. «Русалкам не дано слез!..» — следует пояснение от детей воздуха. Бабушка рассказала девушке, что русалки живут по триста лет и умирают по истечении этого срока. Человеческий век не так велик, но у людей есть бессмертная душа. Получить бессмертную душу Русалочка сможет, только если человек полюбит ее всем сердцем, и часть его души отойдет ей. Есть в этом доля религиозности, что-то схожее с христианским обрядом венчания, и небезосновательно: Андерсен был глубоко верующим человеком.

Подолгу сидит Русалочка в саду, где стоит затонувшая статуя мальчика, так похожего на возлюбленного. И, наконец, решается на рискованный шаг – плывет к ведьме.

Атмосфера резко меняется, музыка становится громче и контрастнее, синий цвет сменяется кроваво-красным. В логове ведьмы плавают жуткие скелеты рыб, хозяйка с короной щупалец на голове стоит посреди этого зрелища. Ее низкий, хрипловатый, раскатистый голос повествует дрожащей Русалочке о страшных условиях договора: «Я изготовлю тебе питье <…> ты выпьешь все до капли, тогда твой хвост раздвоится и превратится в пару  <…>  ножек. Тебе будет так больно, как будто тебя пронзят насквозь острым мечом <…> и если принц не полюбит тебя <…> так, что вы станете мужем и женой, твое сердце разорвется на части, и ты станешь морской пеной». Русалочка соглашается на все, даже на суровую плату за это зелье – отрезанный «язычок» и, как следствие, невозможность говорить и петь.

Зелье выпито, хвост превратился в «две подпорки» — две ноги. Спектакль с этой минуты раскрывается с другой стороны – пластической. Невероятный контемп (contemporary dance), говорящий о жуткой боли, которую испытывает героиня при каждом движении. Декорации меняются – теперь это вполне реальный мир, на берегу девушки и юноши, среди которых принц. Он берет к себе немую Русалочку, и теперь она живет во дворце, надеясь на любовь принца и обретение бессмертной души.

Вскоре отец призывает его к женитьбе. Принц говорит Русалочке: «Если же мне придется, наконец, избрать себе невесту, так я выберу, скорее всего, тебя!».  Но вот он знакомится с принцессой из соседнего королевства, которая  –  о, рок!.. – оказывается названной спасительницей принца. Ее, а не прекрасную Русалочку увидел он на берегу в тот страшный день. Героиня понимает, что ей уже ничего не поможет. В день свадьбы возлюбленного она превратится в морскую пену. В честь праздника ее одевают в красное платье с белой юбкой-пачкой. Казалось бы, это последний танец печальной морской девушки.

На помощь приходят сестры Русалочки, пожертвовавшие свои волосы для того, чтобы ведьма сделала нож: «…видишь, какой он острый? Прежде чем взойдет солнце, ты должна вонзить его в сердце принца, и, когда теплая кровь его брызнет тебе на ноги, они опять срастутся в рыбий хвост, ты опять станешь русалкой». Следующая сцена показывает все внутреннее противоречие Русалочки – танец с ножами – их то вкладывают ей в руки прохожие, то вновь отбирают, а она кружится, и каждый ее шаг отражается гримасой боли. Наконец, девушка статуей застывает с последним ножом перед принцем. Со всех сторон слышны крики: «Убей!..». Нож падает на пол. Первые лучи солнца. В медленном танце девушка принимает предначертанное – красно-белое платье похоже на кровь вперемешку с пеной морской. Появляются дети воздуха и уводят Русалочку за собой, а на ее месте остается лоскут шифоновой ткани, бьющийся в бешеном танце. Может, это и есть бессмертная душа, о которой так мечтала Русалочка?..

Занавес.  Пара мгновений, и снова слышны уже знакомые звуки джаза. Первая сцена закольцовывает спектакль, но теперь в движениях музыкантов есть что-то зловещее, потустороннее. «В открытом море вода совсем синяя, как лепестки хорошеньких васильков…».

Стоит лишь обратиться к Андерсену, чтобы понять, что Русалочка не умерла, страшная воля ведьмы оказалась бессильна перед искренним чувством героини. И пусть любовь принца оказалась для нее несбыточной, страстной мечтой, бессмертную душу она все-таки обрела.

Спектакль оставляет смешанные ощущения. Еще долго перед глазами стоят причудливые пейзажи Морского Царства, русалки. А чувствуешь то самое, глубоко личное понимание печальных сказок Ганса Христиана Андерсена. Они ведь совсем не детские. И спектакль совершенно не детский. Он сложен, многогранен. Это действительно, как и заявлено в репертуаре, притча. Философская притча о вере, жертвенности и о великой, всеобъемлющей, настоящей любви.